КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 сентября 2023 г. N 2383-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ШАМАНСКОГО СЕРГЕЯ АЛЬБЕРТОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ РЯДА ФЕДЕРАЛЬНЫХ ЗАКОНОВ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина С.А. Шаманского к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин С.А. Шаманский оспаривает конституционность следующих положений:
статьи 196 "Общий срок исковой давности" и пункта 1 статьи 200 "Начало течения срока исковой давности" ГК Российской Федерации;
статей 1 "Законодательство о гражданском судопроизводстве", 38 "Стороны", 41 "Замена ненадлежащего ответчика", частей первой и второй статьи 56 "Обязанность доказывания", части первой статьи 67 "Оценка доказательств" и части четвертой статьи 198 "Содержание решения суда" ГПК Российской Федерации;
части 2 статьи 27 "Споры, относящиеся к компетенции арбитражных судов", статей 28 "Компетенция арбитражных судов по экономическим спорам и иным делам, возникающим из гражданских правоотношений" и 52 "Участие в деле прокурора" АПК Российской Федерации;
абзаца третьего пункта 2 статьи 213.11 "Последствия введения реструктуризации долгов гражданина" и абзаца пятого пункта 6 статьи 213.25 "Имущество гражданина, подлежащее реализации в случае признания гражданина банкротом и введения реализации имущества гражданина" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)";
пунктов 2 и 3 статьи 3.1 "Особенности регулирования земельных и градостроительных отношений в населенных пунктах в составе особо охраняемых природных территорий" Федерального закона от 14 марта 1995 года N 33-ФЗ "Об особо охраняемых природных территориях";
статьи 6 Федерального закона от 30 декабря 2020 года N 505-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях" и отдельные законодательные акты Российской Федерации", устанавливающей, что положения статьи 3.1 Федерального закона "Об особо охраняемых природных территориях" и статей 27 и 95 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 30 декабря 2020 года N 505-ФЗ) применяются к населенным пунктам, сведения о границах которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости.
Как следует из представленных материалов, определением суда апелляционной инстанции, оставленным судом кассационной инстанции без изменения, удовлетворен иск природоохранного прокурора к С.А. Шаманскому, поданный в интересах Российской Федерации, неопределенного круга лиц, об истребовании земельного участка из чужого незаконного владения, снятии земельного участка с государственного кадастрового учета, возложении обязанности освободить земельный участок от строений, ликвидировать несанкционированную свалку. Суды установили, что спорный земельный участок расположен в центральной экологической зоне Байкальской природной территории, в границах Прибайкальского национального парка, в связи с чем на него распространяются ограничения, закрепленные земельным законодательством и законодательством об охране озера Байкал; участок предоставлен в собственность ответчику неуполномоченным лицом (органом местного самоуправления) при наличии прямого законодательного запрета; хозяйственная и иная деятельность на земельном участке не осуществляется, участок не огорожен, доступ к нему не ограничен, на момент обследования на нем обнаружен строительный мусор, деревянные сваи, сарай, несанкционированная свалка отходов производства и потребления. При этом суды отвергли доводы ответчика о неподсудности данного спора суду общей юрисдикции ввиду рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве С.А. Шаманского, в рамках которого упомянутый земельный участок включен в конкурсную массу должника, и о том, что надлежащим ответчиком по данному иску является финансовый управляющий, а также не нашли оснований для вывода о пропуске прокурором срока исковой давности по заявленным им требованиям и для вывода о применимости к спорным правоотношениям положений статьи 3.1 Федерального закона "Об особо охраняемых природных территориях".
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам этого суда.
По мнению С.А. Шаманского, оспариваемые законоположения противоречат статьям 17 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 - 3), 36, 46 (части 1 и 2), 47 (часть 1), 54 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволили судам общей юрисдикции:
рассмотреть спор об истребовании имущества у гражданина-банкрота, проигнорировав установленную законодательством о банкротстве обязанность оставить такой иск без рассмотрения, чем было нарушено правило о подсудности данного спора арбитражным судам;
не привлекать финансового управляющего должника в качестве надлежащего ответчика по данному иску и не применять закон, которым устранены ограничения оборотоспособности земельного участка, вопреки его аутентичному толкованию;
проигнорировать обязанность по установлению всех обстоятельств дела и определению характера спорных правоотношений в нарушение норм о доказывании и о содержании судебного решения, что повлекло неправильное применение норм закона, включая нормы об исковой давности.
Названные нарушения, как указывает заявитель, обусловили лишение гражданина права собственности на земельный участок, а также гарантий защиты этого права (включая процедурные гарантии).
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", представленными судебными постановлениями не подтверждается применение в деле с участием заявителя пункта 2 статьи 196 ГК Российской Федерации, статьи 41 ГПК Российской Федерации и статьи 52 АПК Российской Федерации. При этом само по себе упоминание судами общей юрисдикции статьи 52 АПК Российской Федерации при перечислении нормативных положений, регулирующих право прокурора 5 на обращение в суд в различных видах судопроизводства, в соответствии с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позицией не свидетельствует о применении данного законоположения в конкретном деле (определения от 4 июня 2013 года N 832-О, от 16 июля 2015 года N 1743-О и др.).
2.2. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий его пропуска (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться в качестве нарушающего какие-либо конституционные права. При этом, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, положение пункта 1 статьи 200 ГК Российской Федерации сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 25 октября 2018 года N 2567-О, от 28 ноября 2019 года N 3021-О и др.). Соответственно, взаимосвязанные положения пункта 1 статьи 196 ГК Российской Федерации и пункта 1 статьи 200 того же Кодекса не предполагают произвольного определения судами указанного момента.
Часть 2 статьи 27 и статья 28 АПК Российской Федерации, предусматривающие критерии отнесения дел к компетенции арбитражных судов, во взаимосвязи с положениями статьи 22 ГПК Российской Федерации о подсудности гражданских дел судам общей юрисдикции конкретизируют статью 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Эти нормы, а равно и положение пункта 2 статьи 213.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - обеспечивающее установление в процедуре банкротства гражданина особого режима перечисленных в них имущественных требований к должнику, которые могут быть предъявлены кредиторами только в порядке, закрепленном данным Федеральным законом, в целях обеспечения определенности объема имущества должника и создания условий для возможно более полного удовлетворения требований кредиторов, - не препятствуют правильному решению судом вопроса относительно наличия у него компетенции на рассмотрение конкретного спора.
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, и только в отношении того ответчика, который указан истцом, за исключением случаев, прямо определенных в законе; суд отказывает в удовлетворении иска, если придет к выводу о том, что выбранное истцом в качестве ответчика лицо не является субъектом спорного материального правоотношения, обязанным удовлетворить право требования истца, принудительной реализации которого тот добивается в суде (определения от 27 октября 2015 года N 2372-О, от 29 мая 2019 года N 1333-О, от 27 мая 2021 года N 1032-О и др.). Абзац пятый пункта 6 статьи 213.25 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", устанавливающий, что финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в частности об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином, а также что гражданин вправе лично участвовать в таких делах, с учетом положений главы 4 ГПК Российской Федерации о лицах, участвующих в деле, в том числе о сторонах (статья 38), и других участниках процесса не создает затруднений для правильного разрешения судом вопроса о процессуальном статусе конкретного участника судопроизводства. При этом из представленных материалов следует, что финансовый управляющий С.А. Шаманского был допущен к участию в деле.
Оспариваемые заявителем нормы статей 1, 56, 67 и 198 ГПК Российской Федерации создают условия для выполнения судом обязанности по всестороннему и полному исследованию доказательств, установлению фактических обстоятельств и правильному применению законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть вторая статьи 12 данного Кодекса), тем самым обеспечивая вынесение законного и обоснованного решения. Данные нормы не предполагают реализации судом предусмотренных ими дискреционных полномочий, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти и необходимых для осуществления правосудия, произвольно и в противоречии с законом. Гарантиями процессуальных прав лиц, участвующих в деле, при этом являются закрепленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации процедуры проверки судебных постановлений судами вышестоящих инстанций и основания для их отмены или изменения.
Оспариваемые положения статьи 3.1 Федерального закона "Об особо охраняемых природных территориях" об особенностях регулирования земельных и градостроительных отношений в населенных пунктах в составе особо охраняемых природных территорий, предусматривающие, в числе прочего, что оборот земельных участков на территории населенного пункта, включенного в состав особо охраняемой природной территории федерального или регионального значения, не ограничивается, направлены на защиту прав участников гражданского оборота и расширение пределов их осуществления. При этом данная норма подлежит применению во взаимосвязи со статьей 6 Федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях" и отдельные законодательные акты Российской Федерации", обеспечивающей необходимую достоверность при установлении факта нахождения земельного участка в границах населенного пункта, что обеспечивает баланс публичных и частных интересов при регулировании соответствующих правоотношений и не свидетельствует о выходе федерального законодателя за пределы допустимой дискреции. Кроме того, как следует из представленных материалов, суды не нашли оснований для применения этих норм в конкретном деле с участием заявителя исходя из фактических обстоятельств этого дела.
Таким образом, оспариваемые законоположения не могут сами по себе расцениваться в качестве нарушающих конституционные права С.А. Шаманского в указанных в жалобе аспектах.
Доводы, приведенные заявителем в обоснование своей позиции, свидетельствуют о том, что, формально оспаривая конституционность перечисленных в жалобе законоположений, он фактически просит установить нарушения при применении норм материального и процессуального права, допущенные, по его мнению, судами в конкретном деле. Между тем такая проверка, сопряженная с вопросами исследования и оценки фактических обстоятельств данного дела, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шаманского Сергея Альбертовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН