КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 сентября 2023 г. N 2330-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ПЕТРОВА СЕРГЕЯ АНАТОЛЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ АБЗАЦАМИ ПЕРВЫМ И ВТОРЫМ СТАТЬИ 208 И ПОДПУНКТОМ 8
ПУНКТА 2 СТАТЬИ 235 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина С.А. Петрова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин С.А. Петров оспаривает конституционность абзацев первого и второго статьи 208 ГК Российской Федерации, в силу которых исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом, а также подпункта 8 пункта 2 статьи 235 того же Кодекса, предусматривающего в качестве одного из допустимых случаев принудительного изъятия у собственника его имущества - как основания прекращения права собственности - обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Как следует из представленных материалов, решением суда, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, удовлетворены исковые требования первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации к С.А. Петрову, замещавшему должность депутата Государственной Думы Российской Федерации, и ряду юридических лиц об обращении в доход Российской Федерации имущества (безналичных денежных средств), в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Суды установили, что С.А. Петров в период замещения им должности депутата Государственной Думы сохранял за собой контроль над группой компаний, скрыто участвовал в их предпринимательской деятельности через родственников и трасты, а также получал под видом дивидендов и реализации гражданско-правовых договоров обогащение, которое ему было запрещено получать действующим законодательством о противодействии коррупции; сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, подаваемые им в указанный период, не содержали исчерпывающей информации о его имущественном положении, об участии его в российских и иностранных коммерческих организациях, а также о получении дохода от их деятельности. При этом суды отклонили доводы ответчиков о необходимости исключения из суммы заявленных истцом требований размера налоговых платежей, уплаченных ответчиками в бюджет, поскольку обращению в доход Российской Федерации подлежит все имущество, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы. Суд первой инстанции пришел к выводу, что правила об исковой давности неприменимы к правовым отношениям по привлечению ответчика (соответчиков) к гражданско-правовой ответственности за совершение или участие в совершении коррупционного правонарушения, обосновав свой вывод в том числе положениями статьи 208 ГК Российской Федерации.
По мнению заявителя, абзацы первый и второй статьи 208 ГК Российской Федерации противоречат статьям 15 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку не отвечают требованиям определенности, ясности и согласованности правовых норм, нарушают конституционный принцип равенства, гарантии защиты права собственности, судебной защиты прав и свобод человека, принцип соразмерности ограничения прав человека в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают отказ от соблюдения сроков давности, установленных гражданским законодательством, в случаях взыскания имущества лица, нарушившего антикоррупционное законодательство, а подпункт 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации не соответствует статьям 2, 35 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 57 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он препятствует исключению из сумм заявленных истцом требований суммы налоговых платежей, уплаченных ответчиком в бюджет Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), момента начала течения такого срока (статья 200 того же Кодекса) и последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 24 сентября 2012 года N 1779-О, от 29 мая 2019 года N 1375-О и др.), в том числе во взаимосвязи с установленным законодателем в пределах его дискреции перечнем требований, на которые не распространяется исковая давность (определения от 29 октября 2020 года N 2499-О, от 27 октября 2022 года N 2849-О).
Таким образом, оспариваемые положения статьи 208 ГК Российской Федерации сами по себе конституционных прав заявителя не нарушают.
Проверка же правильности применения оспариваемой нормы в конкретном деле не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Что касается оспариваемого С.А. Петровым подпункта 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации, закрепляющего обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, то он относится к особым правовым мерам, применяемым в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства и направленным на эффективное противодействие коррупции и защиту конституционно значимых ценностей (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 26-П и от 9 января 2019 года N 1-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2017 года N 1163-О, от 29 мая 2019 года N 1312-О и от 2 октября 2019 года N 2652-О).
Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что установленный Федеральным законом "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам" порядок применения данной меры позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, и не предполагает лишения лица, в отношении которого разрешается вопрос об обращении принадлежащего ему имущества в доход Российской Федерации, права представлять в суде любые допустимые доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, а также не препятствует суду определить ту его часть, которая приобретена на доходы, законность происхождения которых не доказана, и потому подлежит обращению в доход Российской Федерации (либо денежные средства, полученные от реализации такого имущества), а также определить порядок исполнения своего решения с учетом особенностей этого имущества (Постановление от 29 ноября 2016 года N 26-П; определения от 6 июня 2017 года N 1163-О, от 18 июля 2017 года N 1736-О, от 20 июля 2021 года N 1660-О и др.).
Таким образом, подпункт 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации, действующий во взаимосвязи с другими правовыми нормами и устанавливающий нормативный механизм контроля со стороны государства за имущественным положением отдельных категорий лиц и обращения в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, и подлежащий применению с учетом его конституционно-правового смысла, выявленного Конституционным Судом Российской Федерации, не предполагает принятия произвольных, без учета особенностей того или иного вида имущества решений об обращении его в доход Российской Федерации.
Таким образом, сам по себе подпункт 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации - как не регулирующий налоговых отношений - не может рассматриваться как нарушающий в аспекте, обозначенном в жалобе, конституционные права заявителя.
Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела, а также разрешение вопроса о возможности обращения в доход Российской Федерации конкретного имущества, принадлежавшего заявителю, и о размере такого имущества не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Петрова Сергея Анатольевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН