КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 сентября 2024 г. N 2520-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ ДЕРКАЧ
ВИКТОРИИ ЭДУАРДОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ЧАСТЬЮ 4 СТАТЬИ 31 ЖИЛИЩНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
И СТАТЬЕЙ 19 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ
ЖИЛИЩНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки В.Э. Деркач к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка В.Э. Деркач оспаривает конституционность следующих норм:
части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи; если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда; при этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию;
статьи 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", закрепляющей, что действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.
Из представленных материалов следует, что определением суда апелляционной инстанции отменено решение суда общей юрисдикции, которым были удовлетворены требования собственников жилого помещения, включая заявительницу, о признании гражданина Б. утратившим право пользования жилым помещением и его выселении; принято новое решение об отказе в удовлетворении требований. Суд апелляционной инстанции указал, что Б., имевший в момент приватизации спорного жилого помещения равные права пользования им с лицом, его приватизировавшим, приобрел бессрочное право пользования этим жилым помещением; Б. проживает в этом жилом помещении и другого жилого помещения не имеет. Суд, среди прочего, отклонил доводы истцов, связывавших утрату Б. права пользования жилым помещением в том числе с тем, что он имел в собственности иное жилое помещение и что он, создав семью, выехал в другое место жительства. При этом суд подчеркнул, что доказательства отказа Б. от права на спорное жилое помещение отсутствуют; не свидетельствуют о таком отказе и непродолжительное владение и пользование иным жилым помещением и последующее распоряжение им.
В передаче кассационной жалобы на названное апелляционное определение и определение суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.
По мнению заявительницы, оспариваемые положения противоречат статьям 8, 17 (часть 3), 35 (части 1 - 3), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они не позволяют признать утратившим бессрочное право пользования жилым помещением гражданина, имевшего в момент приватизации жилого помещения равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если после приватизации этого помещения такой гражданин совершил противоправные действия, ставшие причиной прекращения семейных отношений с собственником, и если он имел или имеет возможность проживать в другом жилом помещении.
Кроме того, В.Э. Деркач просит пересмотреть принятые по делу с ее участием судебные постановления.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 19 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" предполагает возникновение самостоятельного права пользования приватизированным жилым помещением у граждан, которые в момент приватизации указанного жилого помещения имели равные права пользования этим жилым помещением с лицом, его приватизировавшим (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 марта 2015 года N 5-П; Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2019 года N 983-О, от 21 ноября 2022 года N 3096-О и др.). Правоприменительная практика не исключает прекращения названного права, в частности, в случае выезда гражданина в другое место жительства; при этом в такой ситуации исходя из аналогии закона подлежит применению статья 83 Жилищного кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" (пункт 3 раздела "Судебная практика по гражданским делам" Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за январь - июль 2014 года, утвержденного Президиумом названного суда 1 сентября 2014 года). В упомянутом пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.), или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.; отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным.
Такой подход корреспондирует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, который неоднократно отмечал, что признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении других лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависит от установления и исследования всех обстоятельств, имеющих значение при разрешении конкретного спора (Постановление от 24 марта 2015 года N 5-П; Определения от 3 ноября 2006 года N 455-О, от 2 июля 2013 года N 1033-О, от 25 октября 2018 года N 2571-О и др.).
Таким образом, оспариваемые нормы - ни сами по себе, ни в истолковании, придаваемом им правоприменительной практикой, - не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы в обозначенном в жалобе аспекте.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, в том числе имеющих значение для решения вопроса о прекращении права пользования жилым помещением, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, пересмотр принятых по делу с участием заявителя судебных постановлений не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Деркач Виктории Эдуардовны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН