КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 сентября 2024 г. N 2464-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
ЧЕРНАВИНОЙ ЕЛЕНЫ ПЕТРОВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ПУНКТАМИ 1 И 4 СТАТЬИ 234, ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 302
ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Е.П. Чернавиной к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка Е.П. Чернавина оспаривает конституционность следующих положений Гражданского кодекса Российской Федерации:
пункта 1 статьи 234, закрепляющего, что лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены данной статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность); право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации;
пункта 4 той же статьи, устанавливающего, что течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя.
Заявительница также оспаривает конституционность пункта 1 статьи 302 ГК Российской Федерации, согласно которому если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении исковых требований Е.П. Чернавиной об истребовании из чужого незаконного владения жилого помещения и выселении из жилого помещения, удовлетворены встречные исковые требования ответчиков к заявительнице о признании права собственности на жилое помещение в силу приобретательной давности.
По мнению заявительницы:
пункт 1 статьи 234 ГК Российской Федерации допускает признание собственника утратившим интерес в сохранении своего права в отношении вещи независимо от причин, по которым такой собственник в течение длительного времени устранился от владения несмотря на то, что между ним и лицом, претендующим на приобретение права собственности по давности владения имеются договорные или иные обязательственные отношения, не предполагающие или исключающие переход права собственности на данную вещь;
пункт 4 той же статьи позволяет применять понятие добросовестности в объеме и содержании, указанном в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года N 48-П, при определении добросовестности приобретения владения спорным имуществом и момента начала течения срока приобретательной давности, что дает давностным владельцам возможность извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения;
пункт 1 статьи 302 названного Кодекса предоставляет возможность судам при предъявлении собственником иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения давностного владельца оценивать добросовестность приобретения последним владения так же, как и для целей применения пункта 1 статьи 234 ГК Российской Федерации.
Соответственно, как полагает Е.П. Чернавина, оспариваемые положения Гражданского кодекса Российской Федерации противоречат статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 3), 46 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 234 ГК Российской Федерации закрепляет одно из оснований приобретения права собственности и направлена на защиту интересов лиц, не являющихся собственниками имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющих им как своим собственным, а также реализацию прав, гарантированных статьей 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 года N 115-О-О, от 22 апреля 2010 года N 604-О-О, от 16 февраля 2012 года N 315-О-О, от 28 сентября 2017 года N 1877-О, от 28 февраля 2019 года N 341-О, от 29 сентября 2022 года N 2382-О и от 30 мая 2024 года N 1300-О).
В Постановлении от 26 ноября 2020 года N 48-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что добросовестность давностного владельца предполагает, что его вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями; добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.
При этом Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что статья 234 ГК Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда лицо признает власть другого лица (собственника) над вещью и осуществляет лишь временное владение вещью, т.е. владение не "как своей".
Разрешение же судом вопроса о добросовестном, открытом и непрерывном владении недвижимым имуществом как своим собственным является прерогативой суда, который в силу присущих ему дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, рассматривает дело на основе оценки всех его обстоятельств.
Таким образом, пункты 1 и 4 статьи 234 ГК Российской Федерации не могут рассматриваться как нарушающие в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права Е.П. Чернавиной.
Положения статьи 302 ГК Российской Федерации, ограничивающей в целях защиты добросовестного приобретателя перечень оснований, которые дают право собственнику истребовать у такого приобретателя имущество, по своему конституционно-правовому смыслу, выявленному в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года N 6-П, направлены на обеспечение стабильности гражданского оборота и установление баланса прав и законных интересов всех его участников (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 2006-О, от 25 апреля 2023 года N 903-О, от 30 мая 2024 года N 1297-О и др.) и также не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы, в деле с участием которой суды пришли к выводу об истечении срока исковой давности по иску об истребовании спорной квартиры из чужого незаконного владения и выселении из нее ответчиков.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, определение момента начала течения срока приобретательной давности с учетом таких обстоятельств к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она закреплена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Чернавиной Елены Петровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН