КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 20 июля 2023 г. N 1931-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
БАЛАЯНА ВЛАДИСЛАВА ЛЕОНИДОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 3.1 СТАТЬИ 3
ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "ОБ ОБЩЕСТВАХ
С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.Л. Балаяна к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.Л. Балаян оспаривает конституционность пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (в редакции, действовавшей до принятия Федерального закона от 13 июня 2023 года N 249-ФЗ), согласно которому исключение общества с ограниченной ответственностью (далее также - общество) из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.
Как следует из представленных материалов, решением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, индивидуальному предпринимателю В.Л. Балаяну отказано в удовлетворении требования о взыскании с бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью, исключенного из ЕГРЮЛ, подтвержденной судебным актом задолженности данного общества перед кредитором, которую заявитель приобрел у последнего на основании договора цессии. Суды исходили из недоказанности совокупности элементов состава гражданского правонарушения, выступающего основанием для привлечения контролирующего общество лица к субсидиарной ответственности по его обязательствам, а также из того, что запись о недостоверности сведений о юридическом лице была внесена в ЕГРЮЛ за два месяца до заключения договора цессии; В.Л. Балаян, будучи субъектом предпринимательской деятельности, не проявил должной осмотрительности при приобретении спорной задолженности, не направлял в регистрирующий орган в связи с предстоящим исключением юридического лица из реестра заявления кредитора в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". С указанными выводами согласился судья Верховного Суда Российской Федерации в определении об отказе в передаче кассационной жалобы В.Л. Балаяна для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.
Впоследствии определением арбитражного суда, оставленным судами апелляционной и кассационной инстанций без изменения, заявителю отказано в пересмотре названного решения в связи с новым обстоятельством, в качестве которого В.Л. Балаян указывал принятие Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 21 мая 2021 года N 20-П. Суды, учитывая в числе прочего наличие у заявителя статуса индивидуального предпринимателя, не нашли подтверждения тому, что конкретное дело было разрешено судами в противоречии с выраженными в данном Постановлении правовыми позициями. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.
По мнению В.Л. Балаяна, оспариваемая норма не соответствует Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 17, 19, 34, 46 и 55, в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, требует от кредитора - индивидуального предпринимателя, приобретшего на основании договора цессии подтвержденную судебным актом задолженность общества, впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ, соблюдения повышенного стандарта доказывания неразумности и недобросовестности действий контролирующего общество лица при обращении в суд с иском о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам этого общества.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
В Постановлении от 21 мая 2021 года N 20-П Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащиеся в нем положения подразумевают при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору - физическому лицу, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, его применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное; лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.
Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении отметил, что сделанный им вывод, связанный с предметом рассмотрения по делу (когда истцом-кредитором выступает физическое лицо - потребитель, чьи права гарантированы также специальным законодательством о защите прав потребителей), сам по себе не исключает применения такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности. При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал, что от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, тогда как исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению.
Подтверждая эти выводы в Определении от 11 ноября 2021 года N 2358-О, Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что суд, оценив правовые возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности должника, вероятность фактической реализации этих возможностей, при рассмотрении на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" конкретного дела в силу имеющейся у него дискреции может в зависимости от фактических обстоятельств дела и представленных истцом доводов и доказательств предложить лицам, участвующим в деле, в том числе ответчику, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.
С учетом приведенных позиций и выводов Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в его решениях, сохраняющих силу, положения пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте.
Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка обоснованности выводов судов, сделанных ими на основе оценки данных обстоятельств, на что фактически направлены доводы жалобы, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Балаяна Владислава Леонидовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН